RSS

РОСССИЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ОБЩЕСТВО СТО ЛЕТ ТОМУ НАЗАД И СЕГОДНЯ

08 Ноя

Октябрьская революция и отношение к ней как диагноз

Демурин М. В.

Автор Михаил Васильевич Демурин — политический аналитик, публицист, общественный деятель. Имеет дипломатический ранг Чрезвычайного и Полномочного Посланника 2-го класса.

Левый марш

Фото: картина Александра Дейнеки «Левый марш», 1941 г.

РОСССИЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ОБЩЕСТВО

СТО ЛЕТ ТОМУ НАЗАД И СЕГОДНЯ

100-летие Великой Октябрьской социалистической революции вызвало серьёзную дискуссию в российском социуме (хотелось бы употребить слово «общество», да не получается: слишком мало общего имеют сегодня его различные части). Состоялось, проходит в эти дни и ещё состоится немало важных и серьёзных встреч, в ходе которых в большинстве случаев звучит реалистичный анализ причин и последствий революции и в этом контексте — сегодняшней российской действительности.

Об этих конференциях почти ничего не сообщали центральные СМИ. В лучшем случае нас ставили в известность, что такое-то и такое-то мероприятие состоялось. Сопровождаются эти сообщения малозначимыми комментариями участников: при современной постановке редакторского дела сделать из пламенного трибуна скучного «бубнилу» несложно.

Несколько более разнообразно идёт обсуждение темы революции на так называемых «ток-шоу». Для поддержания своего реноме уважающему себя ведущему нужны, по крайней мере, интеллектуалы, а настоящий интеллектуал не будет выдавать величайшее событие национальной истории, обеспечившее Родине невиданный до того политический, социально-экономический и культурный взлёт, а также её великую и непререкаемую победу над историческими врагами, за нечто, чего лучше бы и не было.

Но вот это «лучше бы её не было», к сожалению, и является лейтмотивом официальных и полуофициальных комментариев по поводу Октябрьской революции. Что же касается соответствующей позиции российских буржуа-либералов, то её вообще иначе как оголтелой не назовёшь: редкое сочетание напористой враждебности и сковывающего их сознание страха.

Как следствие, появляются в студиях «идейные» политические и культурные маргиналы или открытые ставленники капитала с предсказуемыми реваншистскими взглядами относительно события, открывшего эпоху социализма для народов России; мысли одних обывателей пытаются направить в русло спора о псевдоисторическом фильме «Матильда»; других пытаются испугать фильмами типа «Троцкий» и новой волной осуждения политических репрессий.

А параллельно на экраны запускаются очередные киноподелки, имеющие целью опорочить советское время. Причём опорочить в очень характерном и о многом говорящем ключе: «Холопы и баре всегда были и будут, социализм не исключение!» Одним словом, в последние месяцы мы стали свидетелями целенаправленной кампании, имеющей целью исказить значение произошедшего в нашей стране в октябре 1917 года, затруднить понимание гражданами России отечественной истории, лишить народы планеты, ищущие управу на беспредел, творимый мировым капиталом, основ уважительного отношения к Великому Октябрю и нашей стране в целом. Искажения начинаются уже с самого наименования того события, 100-летие которого отмечается в этом году в России. Нам доказывают, что говорить отдельно об Октябрьской и Февральской революциях было бы неправильно: имела, мол, место «Великая российская революция 1917 года». Но позвольте, разве непонятно, что, если Февраль открыл период ускоренного падения страны в пропасть, то Октябрь обозначил черту, после которой началось её тяжёлое вытягивание из этой пропасти?

Да и чисто формально, если пристёгивать к Октябрю его буржуазных предтеч, то начинать надо с революции 1905 года, ибо именно она положила конец самодержавию в России и далее страна последовательно шла по пути превращения в буржуазную республику. Происходило это при формальном сохранении монархии, это так, но та становилась всё более декоративной — до той степени, что в феврале 1917 года и эта декорация для российской компрадорской буржуазии и её заграничных поводырей стала излишней. Соответственно, 100-летие «Великой российской революции», имея в виду её начало, надо было отмечать в 2005 году. Если же подразумевать её конец, завершение революционного переустройства России, то это точно не октябрь 1917 года.

Политическую отвагу большевиков, решившихся взять в свои руки действительно валявшуюся на земле власть, пытаются замазать обвинениями в предательстве. Мол, в 1917 году страна была «на пути к победе в Первой мировой войне», Ленин же сыграл на руку немцам и «украл у россиян победу»; если бы не он, то мы были бы в числе тех, кто в 1919 году в Париже диктовал Европе новое мироустройство. Заявляющие это, видимо, не знакомы с работами известного русского геополитика А.Е.Вандама (Едрихина) или намеренно предают их забвению. А он между тем накануне 1914 года писал:

«…в Высшей Стратегии самая победоносная, но не своевременная и ненужная по обстоятельствам война может поставить государство в крайне невыгодное положение для дальнейшей, никогда не прекращающейся, борьбы за жизнь». Развивая эту мысль в работе «Величайшее из искусств…», русский стратег предсказал, что в скором времени после поражения (в том числе и от России — прим. М.Д.) при поддержке Великобритании Германия и Австрия вновь превратятся в силу, готовую к наступлению против нашей страны, в то время как она будет не в состоянии ответить на это новое нашествие должным образом. Под скипетром Романовых русский народ «недостаточно вооружён для жизненной борьбы», — так писал А.Е.Вандам.

Под либеральным Временным правительством Россия стала ещё менее «вооружённой для жизненной борьбы», и это, как мне думается, неочевидно только самому несмышлёному человеку. Если же говорить с точки зрения того, что нам известно о последующей истории, то участие в Версальском мире, искорёжившем Европу и предопределившем неизбежность будущей мировой катастрофы, было бы для нашей страны не только политическим приговором, но и историческим позором.

Известно немало избитых фраз, призванных принизить значение Великой Октябрьской социалистической революции. «Да, достижения были, но они были достигнуты ценой слишком многих жертв». «Этих или даже ещё более значимых результатов можно было достичь иначе». И особенно интеллектуально беспомощная: «Эволюция лучше революции». Да, лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным, кто спорит? Но даже в жизни одного отдельно взятого человека, как мы знаем, так не всегда получается, не говоря об огромной стране. К осени 1917 года для России «эволюционного» пути не то что развития, а просто самосохранения не было. Неужели есть кто-то, кому это неясно? Или работает некий страх проекции тех событий на сегодняшний день? Это преждевременный страх: тогда такой возможности уже не было, а сегодня она всё ещё есть. Но при определённых обстоятельствах она может исчезнуть. Главное из этих обстоятельств — безответственность элиты. Именно на неё, на безответственность элиты, а не на социальные потрясения, как нас стараются убедить, Россия полностью «исчерпала лимит» и в начале XX века, и в его конце. Да и первые полтора десятилетия XXI века оказались в этом смысле не лучше. Что же делать народу, если элита продолжит вести себя безответственно?

Может быть, мы её перевоспитаем, если все вместе дружно осудим Октябрьскую революцию, а вместе с ней и весь советский период развития России? Или присягнём тому, что никогда больше ни мы, ни наши дети и внуки на революционное смещение неугодных им правителей, не желающих слышать волю народа, не решатся? Думаю, не поможет, причём не только по субъективной, в силу состояния самой современной российской элиты, но и по объективной причине: история не спектакль, «утвердить» её дальнейший сценарий невозможно.

На ход истории можно положительно повлиять только в одном случае: если ты честен с прошлым, извлёк из него уроки, полезные не только твоему классу или сословию, но и стране в целом, а главное — народному большинству. И пусть читатель не удивляется моему упоминанию о сословиях, об этом приходится говорить, ведь у нас даже некий «российский императорский дом» в общественно-политическом пространстве сегодня присутствует, а разумные вроде бы с первого взгляда люди серьёзно рассуждают о своём «дворянском» происхождении.

К глубокому и всестороннему осмыслению той эпохи призвал нас и президент России Владимир Путин в недавнем обращении к участникам международных мероприятий, приуроченных к 100-летию революции. Кстати говоря, впервые он высказался в этом ключе ещё в декабре 2016 года. Устоит ли на этот раз такое смысловое основание в болоте преобладающего информационно-пропагандистского дискурса, сомневаюсь, но тот факт, что оно вновь было озвучено, стоит оценить положительно.

В связи с темой Великой Октябрьской социалистической революции можно говорить ещё о многом. В том числе и о влиянии самой революции и фактора присутствия СССР в мировой политике на освободительную борьбу народов планеты. Внутренние изменения в своих странах, на которые западный капитал был вынужден пойти под влиянием социальных достижений Советского Союза, ему были неприятны и накладны, но он к этой ситуации адаптировался, а сегодня, после исчезновения СССР, постепенно восстанавливает эксплуататорский статус-кво с поправкой на эпоху. Потеря

 же целых континентов, как Африки, или обширных регионов, как Китая, Индостана или Юго-Восточной Азии, — утрата для него невосполнимая. Этого он России и коммунистам никогда не забудет и продолжит стирать из памяти народов правильное понимание и марксистской теории, и опыта существования СССР. Значительная часть российской элиты в этой разрушительной деятельности с желанием участвует, и это печально.

Почему многие в российском истеблишменте встали на ту позицию, которую я описал в начале статьи? Почему становится возможным явное раздвоение сознания, когда с оценкой Октябрьской революции как «пути в никуда» непосредственно соседствует признание выдающихся результатов её детища, советского строя — от победы в Великой Отечественной войне до мирового лидерства в области образования и наделения граждан политическими и социально-экономическими правами?

Происходит это по многим причинам, имеющим, как это ни печально констатировать, преимущественно классовый характер. Главными из них мне представляются три.

Первая — это желание заставить нас забыть о многомиллионных жертвах и огромных материальных и моральных потерях, ставших результатом контрреволюции 1989–1993 годов.

Во-вторых, это насущная необходимость закрепить «завоевания» контрреволюции, обеспечить неприкосновенность неправедно полученного тогда капитала — как финансово-экономического, так и политического (вопроса воспроизводства элиты я недавно касался в связи с темой Ксении Собчак).

В-третьих, это происходит потому, что большая часть российской элиты продолжает рассматривать себя и нашу страну в целом как часть совокупного Запада. Они требуют от Запада достойного к себе отношения, ведут соответствующую игру на международной арене, но их целью не является самостоятельный культурно-исторический проект. В то время как СССР был именно таким проектом. К сожалению, в общественную дискуссию и, не побоюсь этого слова, идеологическую борьбу по поводу сути и результатов Октябрьской революции, активно включилась Русская православная церковь — не вся, но значительная часть клира и мирян. Горечь оценок в связи с имевшими место в советский период гонениями понятна, но абсолютно не понятна явная политизированность общеисторических выводов, поставивших в результате РПЦ на одну из сторон этого ещё далеко не завершившегося спора, — причём ту, которая, по оценкам «Левада-Центра», далеко не преобладает. Упомянутый опрос, как и многие другие свидетельства, говорит о том, что контрреволюционной части «верхов» не удалось в полной мере навязать стране свой взгляд на то, что они называют в лучшем случае «незаконным большевистским переворотом», а в худшем — «великим преступлением». В ближайшие дни они будут делать это ещё усерднее, но не с бОльшим успехом.

Великая Октябрьская социалистическая революция, которая не просто «оказала огромное влияние на развитие России и всего мира, во многом определила политическую, экономическую, социальную картину XX века» (В.В.Путин), но и, создав условия для обретения ею реальной независимости, вывела Россию — СССР на позицию мирового лидера, навсегда останется вне пределов их потуг на её «диагностику». А вот их отношение к Великому Октябрю станет для них неустранимым постыдным диагнозом — и для буржуазных либералов, и для монархистов, и для социал-демократов.

Что же касается собственно наследия Великого Октября и положения России как страны его главных наследников, то оно, боюсь, нами на долгие десятилетия, если не безвозвратно, утеряно. Впрочем, и на вторых ролях — первая роль уже за Китаем — идти по пути осуществления коммунистических идей суть дело достойное и перспективное. Чего не скажешь о нашей сегодняшней вторичной роли в мировом буржуазно-либеральном проекте.

Михаил Демурин
Михаил Демурин
Источник
ЕЩЕ ПО ТЕМЕ
Опять травят? Значит скоро выборы
Наша Родина — революция
Революция, «Стена скорби» и антисоветизм
«Какие отвратительные рожи!»
СССР, «совок» и облик будущего России
Тем, кто ненавидит СССР
Давайте не будем врать про СССР!


Л.СтоляроваЛ.И. Столярова  <listol37@mail.ru>

Комментарий к статье М.В. Демурина

«Октябрьская революция и отношение к ней как диагноз»

Значимость Великой Октябрьской Социалистической Революции прежде всего определяется промежутком времени, в котором можно ответить на вопросы: состоялась ли страна как государство и выполнила ли она поставленные цели.

За начало отсчета исторических революций в России автор взял революцию 1905 года, а концом – октябрь 1917 год, и он им поставлен под сомнение. Трудно огласиться с утверждением автора, что революция 1905 года «положила конец самодержавию». Наоборот, к 1913 -14 г.г. Россия, сотрудничая с Западом,  занимала ведущие места в основных отраслях промышленности: металлургии, машиностроении, судостроении. А зерном она кормила всю Европу. Именно эти успехи России пугали западных воротил, что  стало лейтмотивом к началу 1-ой империалистической войны. Втягивание России в войну закончилось её поражением, и к 1917 году Россия была обесточена как человеческими так и финансовыми ресурсами, что естественно привело к управленческому и  социальному кризису. Созданное временное буржуазное правительство не справилось с ситуацией. Положение продолжало ухудшаться.  Страна уже была близка к потере и суверенитета, ибо власть, как говорится, валялась на земле.

И здесь я полностью согласна с автором, сказавшим: « … Октябрь 17 года обозначил черту, после которой началось её тяжелое вытягивание из этой пропасти».   Сделали это большевики. И народ, уставший и обнищавший из-за войны, поддержал большевиков, ибо борьба теперь шла за землю, на которой он живет. И это вытягивание длилось 10 лет.  Трудно в истории назвать еще такую революцию, которая бы длилась такой срок.

Но это только первый этап революции – борьба за выход страны из кризиса. Второй — заключался в идеологической борьбе за перевод страны на иные рельсы организации государства, а именно: отношений собственности и власти в интересах народа. Третий этап – экономическое, политическое и социальное закрепление идей революции. Мы теперь с уверенностью можем сказать: все три этапа состоялись, и в этом величие Октябрьской социалистической революции 1917 года. Она осветила дорогу всем народам Планеты к светлому будущему, вселила уверенность в Победе над властью капитала, сделала возможной  борьбу народов за свободу и независимость.

Автор статьи, говоря о революции и диалектически увязав предшествующие ей объективные события, снял тем самым претензии по поводу её жестокости и кровавости, ибо логика борьбы втянула в её орбиту явно противодействующие силы.

Разговор автора о безответственности элиты очень полезен для настоящего времени, и он мною поддерживается. Но его полезность будет заключаться не в оценке состояния сознания российской элиты, а в состоянии самой системы управления страной с позиции безопасности и перспектив её развития. Конечно страх и раздвоенность сознания, о которых пишет автор, в которые помещены и правители страны и её подпевалы – элита и интеллигенция, не безоснователен. Ведь они «проглотили по умолчанию» самую крупную сделку с народом и со своей совестью, приватизировав именно общенародную, а не государственную собственность.  А все созданные впоследствии управленческие структуры и законодательство легитимировали этот акт несправедливости.

Любая несправедливость, а тем более несправедливость государственного масштаба, вызывает напряжение в обществе и много проблем в социальной сфере. Но и это не главное. А главное заключается в том, что этим актом были нарушены фундаментальные основы государственного устройства СССР – отношения собственности и отношения государства (как аппарата управления) с народом.

Как все понимают, такие события не проходят бесследно. Они содержат большую возможность по возврату в прежнее состояние, а потому эта ноющая рана будет постоянно аккумулировать в себе социальные и политические протесты, являясь предтечей к будущей революции. Можно говорить и об эволюционном пути развития страны – время для этого пока имеется. Но через какие механизмы либеральные правители, обогащенные капиталом и частной собственностью, смогут выражать чаяния народа, а народ взять на себя ответственность за избранных во власть?


 

Реклама
 
 

Метки: ,

3 responses to “РОСССИЙСКОЕ ГОСУДАРСТВО И ОБЩЕСТВО СТО ЛЕТ ТОМУ НАЗАД И СЕГОДНЯ

  1. Ян Радий

    09.11.2017 at 04:18

    Я думаю, что М. Демурин обычный политический демагог сталинской школы православного позитивизма, близко не владеющий диалектическим методом познания, и даже не имеющий представления что это за такое «диалектический метод». Товарищ Демурин М,, как и большинство сатанистов отождествляет Ленина со Сталиным, имея представление об историческом процессе, который развернулся в России в 20-м веке, и разворачивается сейчас перед нами, как абсолютно ЛИНЕЙНОМ ПРОЦЕССЕ. Между тем, После умерщвления Ленина, Сталин и его клика пошли по пути метафизической сцепки патриархального уклада в сельском хозяйстве с госкапом в промышленности, крепость которой обеспечивалась метафизическим наложением Моисеевого Второзакония на классовую борьбу в России 20-го века. Сталин осуществил белогврадейскую контрреволюцию под красными знаменами и фактически реставрировал общественно-экономические уклады, существовавшие при царском самодержавии. Социализм Ленина был на деле уничтожен путем ликвидации политических прав и свобод русского пролетариата, установленных Конституцией РСФСР от 10 июля 1918 года. Но поскольку авторитет Владимира Ленина в среде международного коммунистического движения был очень высок, а идеи Маркса и Энгельса об освобождении труда от Ига Капитала было невозможно уничтожить, сталинисты сохранили внешние атрибуты и риторику социалистического строя. Уничтожив всю ленинскую гвардию большевиков и командиров РККА, участвовавших в защите государства революционной диктатуры пролетариата, бывшие агенты царской охранки установили в СССР практически «зубатовский социализм». И с того времени, мы являемся свидетелями и участниками эволюции «зубатовского социализма» в СССР. Глупость политических извращенцев и неутолимая жажда крови русского народа с неизбежностью объективных законов природы ведут к реставрации царского самодержавия времен Николая Второго. Таковы объективные законы развития мелкобуржуазных социально-экономических систем.
    ЯН РАДИЙ. 09.11. 2017 г. г. Белорецк

    Нравится

     
  2. Николай Миляев

    15.11.2017 at 12:00

    Казанцев Валентин
    Николай Владимирович, здравствуйте!
    Честь имею, потому что Вы совершаете большую и полезную работу — выдаете информацию, издаете газету и так далее. Это труд на пользу коммунистического движения. И спасибо, что не забываете и мне пересылать.

    Вы поместили серьёзную статью Демурина В. М., ее следует читать и перечитывать.

    По задумке своей Коалиция «Октябрь — 100» могла бы стать полезным явлением в коммунистическом движении. Боюсь, что собранная сгоряча группа, со временем остынет. Состав ее не благонадежный. Куда же 130 организаций. Какой же нужен большой круглый стол? Конечно, потребуется сокращаться.

    А пока я хотел бы обратить внимание на такое явление-понимание как «государственный капитализм при коммунизме». Николай Владимирович, вам не кажется странным: а причем здесь коммунизм? Если даже иметь ввиду «военный коммунизм», который вынужденно был провозглашен в «гражданскую» войну В. И. Лениным. Он понимал, что говорить надо по другому. Если произошла социалистическая революция, то следует сказать какой общественный строй приходит на смену капитализма. Не просто сказать, что социалистический, а обосновать практическим устройством нового экономического и общественного укладов развития общества. (К чему обратились только в 1921 году.) А пока война случилась. И всё. И все на защиту советской власти. И само собой решился вопрос с экономическим и общественным укладом,причем оригинально и почти верно: государственный капитализм при коммунизме, суть которого мы здесь не рассматриваем.

    Но, товарищи, экономические персоналисты, зачем вы государственный капитализм при коммунизме проталкиваете по истории СССР? Во всей истории Советского государства существовал государственный капитализм… и точка. Без всякого: при коммунизме.

    С первых дней революции большевики национализировали заводы и фабрики, банки и все хранилища ценностей. Весь этот капитал стал собственностью новой власти, как ее назовете: советской, рабоче-крестьянской? А форма (структура) власти осталась государственной. Весь капитал бывшей царской семьи, а также частную собственность капиталистов и помещиков, и государственный капитал царской России стал принадлежать Советскому государству, которое, т. е. государство, стало исполнять роль единого хранителя, т. е. собственника всех капиталов и средств производства в России, а все трудящиеся и служащие перешли в его подчинение, стали работать на него. Трудящиеся, избрав из самих же себя исполнителей государственной власти (в том числе и кухарку), образовали новую исполнительную систему. И Советское государство заработало. А какой общественный строй возникает в нем в результате революции? О каком-то новом строе рано еще было говорить. Но без экономического уклада, без способа производства существовать нельзя. А его и не надо было пока придумывать. Он каким был, таким и оставался. Какая бы власть ни установилась сегодня, завтра рабочий или крестьянин пойдет на то же место работы, где был и вчера, в те же производственные отношения. Подумаешь, что большевики сказали, что теперь это ваш завод, а собственником рабочих не сделали. Советская власть все национализировала, все перешло в собственность государства, а не общества, а рабочий человек остался через тот же наемный труд работать на нового собственника — Советское государство. Все правильно, только причем здесь коммунизм.
    Как и раньше в крепостнической России чиновники служили в государственных органах, так и в советском государстве управляли служащие. Управляли капиталом и финансами. Чиновники в прямом и переносном смысле формировали свою власть над гражданами советского государства: рабочими, крестьянами, интеллигенцией, значит, и над коммунистами тоже, над церковными служителями и прочими гражданами страны, и, отдельно скажем над народами Советского государства. Все это организовывалось коммунистической партией для народа. Но как справедливо ни относись, как бы гуманистически и демократически не выстраивай отношения между государством и обществом служащие чиновники поступают по отношению к гражданам предвзято с получением выгоды от них. С той же целью выступают и граждане. Это противостояние порождается самой сутью структурной организацией государственных институтов. Говорим об этом к тому, чтобы сделать предупреждение, что именно государственные институты порождают преступное поведение между людьми, и они же борются с нарушителями. Почему? Потому что государство собственник слишком больших богатств. А собственность есть кража. Это закон, выверенный тысячелетиями. В эпоху государственных капитализмов, что наступает в истории человечества обостряются противоречия между государствами и обществами… а как следствие этому наступит общественное самоуправление.

    Совершившаяся революция сменила общественный строй. К власти пришел рабочий класс во главе со своим авангардом — коммунистической партией. А класс капиталистов и помещиков и прочих собственников был изгнан. Возникло противостояние (враждебность) между эксплуатируемыми трудящимися и собственником средств производства в лице Советского государства (собственника капиталов). А кто потерял власть и богатство пошел войной, фронтами по всей России против коммунистов, а значит против рабочего класса, против крестьянства и трудовой интеллигенции. Началась война, но не гражданская, а классовая. Зачем, за что гражданам воевать между собой. Действительно, люди в обществе находятся в различном своем предназначении друг к другу и в отдельности к различным общественным явлениям по назначению. В экономических отношениях шла борьба за право собственности на свой труд. Возникла классовая война за справедливость в производственных отношениях, собственно, за изменение экономических связей в получении средств существования…

    Представление войны как гражданской пошло от того, что те же рабочие, крестьяне, мещане, интеллигенция служили в обеих армиях: «красной» и «белой». Что, капиталист или помещик пойдет на фронт с винтовкой? Нет. Они завербуют, наймут граждан (рабочих и крестьян) для своей Белой армии. Но все равно суть войны была классовой. А какие еще войны бывают внутри страны? Религиозные, династические (за престолонаследие), этнические… А гражданских войн не бывает. У нас же в 1918 году война началась даже не классовая, а внешняя война между Советской Россией и Чехословакией, так называемыми белочехами на Южном Урале, т. е. внутри России. Это чехи подпалили нам классовую войну, и она началась по всей России. Если вам удобно называть войну гражданской — пожалуйста. Только сущность ее понимать следует правильно.

    Со словами-терминами следует правильно обращаться. Много лет назад один советский ученый ставил проблему правильного применения и толкования терминов. Иначе это мешает справедливо разобраться в сути рассматриваемых вопросов научного материала. Все мы этим грешим. Особенно авторы Конституции СССР 1977 г. Например, Статья 10: «Основу экономической системы СССР составляет социалистическая собственность…» Для примера этих слов достаточно. Какая может быть социалистическая собственность, когда СССР является государством? Вот и все, как говорится — приехали. Термин социалистическая употреблен не верно, потому что в государстве не может быть социалистической собственности.. Сделайте для ясности этого вопроса перевод слова социалистический. Будет: общественный. Общество и государство явления и как понятия не сопоставимы, но не разлучимы. Только в обществе, которое ликвидирует государственные органы, возникнет общественная собственность, т. е. социалистическая. Поэтому в СССР существовать могла только государственная собственность, как ведущая, определяющая все в советском обществе. Зачем же вводить людей в заблуждение. Подсознательно они чувствовали: социалистическая собственность провозглашается, а социализма нет. А что же есть в СССР? Есть государственный капитализм, потому что собственность государственная.

    Валентин Михайлович с уважением и взаимопониманием

    Источник: https://e.mail.ru/message/15107235310000001007/

    Нравится 1 человек

     
  3. Ян Радий

    15.11.2017 at 13:51

    С доводами Валентина Казанцева соглашуся

    Нравится

     

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

 
%d такие блоггеры, как: